Путь домой. Новолуние.

new moonНоволуние – особенное время. Время обнуления, очищения от всего наносного. В это время местные жители на Бали делают подношения (впрочем, они всегда их делают). Но было что-то необычное именно в этом, первом осеннем новолунии. Я проснулась после многочасового сна. И почувствовала себя легкой, как будто за время сна мне удалили пару килограммов обиды, несколько пригоршней злости и раздражения, и добрый фунт страха. Если смотреть на мир без всех этих наворотов, то можно увидеть жизнь, как она есть. В новолуние хорошо бы сделать уборку. Провести ревизию и выбросить  ненужные вещи, отношения и установки. Все, что не помогает нам и не служит нашему благополучию. И тогда удивительным образом на свет извлекается то, что было скрыто под завалами ненужного. Наши предки, родовая память. * Моя бабушка ходила в церковь, а дед ходил в лес. В детстве я наивно считала эти их хождения тяжкой повинностью. И только сейчас начинаю понимать, что для них это было сродни медитации, выходу из рутины нелегкого быта, и делалось по зову сердца и велению души. 02Сборы в церковь выглядели так: бабушка надевала нарядную блузку, плотный шерстяной сарафан, красивый платок с цветами. Сумка её было бездонной, там было всё, что может понадобиться человеку в дороге.  И кроме того – изрядное количество яблок и груш – угощать старинных знакомых по дороге и матушку в церкви. Сама бабушка яблок не ела до Яблочного Спаса. Её первенец  – крупный мальчик родился мертвым. Так, по мнению, бабушки должны поступать родители умерших детей, «иначе им Господь в раю яблочка не даст, скажет – твоя мамка съела». Возвращаясь в сумерках после вечерней службы, бабушка приносила с собой умиротворение, просветленный покой и кое-какие новости из жизни знакомых. В ее сумке были конфеты от матушки или какой-нибудь доброй церковной старушки  и сухая пресная просфора, аккуратно завернутая в носовой платок. Ее полагалось есть утром натощак. Дед уходил в лес на рассвете в огромных резиновых сапогах, плаще и кепке. Возвращался из таинственных заречных, дальних лесов после обеда, и пахло от него сухой хвоей и дорожной пылью. Кроме огромных корзин грибов  он неизменно приносил нам, детям гостинец «от зайчика»:  травку –кислицу (заячью капусту) и хлеб. Хлеб, пропахший хвоей и салом был самым вкусным лакомством. Сало, естественно, дед съедал на привале в лесу. 01Он был крепкий, прочный, лесной человек. Дед объяснил нам, внукам, отчего у него такие хорошие зубы – все целехоньки. Во время войны, когда он воевал рядовым где-то  в лесах под Ленинградом, чтобы спастись от цинги он жевал смолу с деревьев. А еще они заваривали кипятком сосновые иголки и пили этот отвар и просто жевали иголки. Это, конечно, ничего особо не объясняло, так как жизнь была тежелой, а питание никуда не годным. Но лес все равно исцелял. Дом и все хозяйство было очень четко разделено на сферы влияния бабушки и деда. В бабушкиной вотчине были порядок, чистые полотенца, предсказуемость. У деда – стихийность и диковатость, грубая работа и убиенные поросята. Но и наиболее лакомые куски были там. Раз в месяц, после получения пенсии он был щедр и галантен: приносил внучкам куцый букетик цветов, сорванных у железной дороги и бумажный кулек шоколадных конфет – роскошь несусветная! Дед получал большую пенсию. Сам же конфет не ел никогда (отсюда и зубы!) Дедушка любил водку и селедку. В хорошие дни казалось – все в порядке, весь наш микрокосм, воплощенный в небольшом участке земли и доме, плывет по волнам благополучия и обильного урожая. «Наша лачуга» или «наша хижина», говорили мои предки про дом. Не знаю, откуда у них было столько иронии. Но микрокосм был в полном порядке, пока кто-то им занимался. Вот взять огород: тут земляника, тут морковь и укроп. На дальнем огороде, под яблонями – картошка, вечно страдающая от колорадского жука. Вечно зеленые помидоры, которые потом торжественно дозревали на подоконнике. Бочка с дождевой водой, кочаны капусты, большая груша – все было в огороде. Там же сушилось белье. Бабушка выращивала в огороде мак снотворный – прекрасные, бледно-лиловые призрачные цветы.  Нежные лепестки быстро опадали и на смену им приходили скучные сухие коробочки. Вот не помню, что бабушка потом делала с семенами, кроме того, что хранила их, чтобы посадить следующий мак. Потом выращивание маков запретили вышестоящим указом. Специально уполномоченные люди ходили по подворьям и предупреждали хозяек – от мака пора избавляться. Она знала заговоры. Чаще всего детей поражал «испуг» или лихорадочные состояния. Тогда все уходили из комнаты, а бабушка садилась рядом с больным ребенком, начинала гладить бочок лежащего своей шершавой рукой и тихо-тихо говорить древние исцеляющие слова. Про то как «светлою зарею, утреннею росою»… С точки зрения церкви это был тяжкий грех – знахарство. Так что бабушка жертвовала своей бессмертной душой, чтобы исцелить наши, детские. Вскоре больной успокаивался. Всё перепуганное, скорбное, судорожное, скрюченное исцелялось и выпрастывалось, уплывало в сон. * Они были очень цельные люди, мои бабка и дед. Знали, кто они и были всегда только самими собой – ни больше ни меньше. Они дали нам такой жировой запасик любви, которого хватит на долгие годы. Они дали базу, почву, кусок земли, чтобы мы могли валяться на старой раскладушке под яблоней в знойный полдень, грызть белый налив и мечтать, собирать черешню, стоя на крыше или изучать карту звездного неба в теплой августовской ночи, насыщенной древнегреческими богами и героями. Чтобы мы не боялись ни дикого леса, ни домашней рутины. И что все имеет свой смысл. Они как будто стоят за моими плечами  и придают мне сил. И я с удивлением обнаруживаю себя сейчас в таком же провинциальном городишке, как наш Кричев. Только на другой стороне земли. И все тут точно так же: так же заговаривают злых духов, растят детей, возделывают огород. Только тут деревья франжипани и кучи туристов, а там – пыльные тополя и железная дорога, уходящая в неизвестную даль. Приглашаю всех на страничку моего блога в фэйсбуке: www.facebook.com/voyages.in.illustrations вконтакте: vk.com/t_voyages

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *